И все же – расскажу про свои “посиделки”

Дальше тут будет компиляция моих мыслей про то, как меня задержали на женском марше 12 сентября, судили по статье 23.34 КоАП и как я провела 12 суток на Окрестина и в Жодино.

Это изображение сделали для нас ребята, я даже не уверена, кто именно

Вообще, хорошая порция вдохновения посетила меня, когда я писала сообщение на гостевую OBelarus. Там прямо вся правда, да еще и по свежим следам написанная!
Так что я не могу не привести здесь этот текст, незначительно его меняя. Там я обращалась к сообществу ориентировщиков и писала на гостевой, о чем извинялась. В блоге извиняться не за что, это не лента, которая вам высыплется, хотите вы этого или нет. Блог вы приходите целенаправленно почитать, так что пожалуйста:

(написано 27 сентября, через 2.5 дня после моего освобождения, через полдня после освобождения Юли)
Мы вернулись после 12 (13, 14) суток на Окрестина/в Жодино, чему очень рады!
Ниже – мое сообщение и благодарность всем, кому я была небезразлична за это время.
Начну с приятного – ваша поддержка! Я знала, что сейчас в Беларуси люди очень солидарны друг с другом, но не знала, как это сильно!!! Сидя на сутках не осознаешь этого в полной мере – я получала передачи от родных, собранные с большой любовью, видела маму и Наташу Шахметову на скайп-суде. Но сейчас, когда вышла, я увидела сотни сообщений во всех соцсетях, посты поддержки и предложения помощи. Вау! Спасибо вам!!! Это важно для меня не столько как что-то материальное, сколько как психологическая поддержка. Даже есть ощущение, что из тюрьмы я вышла еще более гармоничным человеком, чем была до нее. Очень верю, что мы с ребятами обойдемся без психологических травм. И это – целиком заслуга окружающих. То есть вас. Спасибо-спасибо-спасибо!!! Спасибо за то, как вы поддерживали наших близких! Я думаю, им было тут сложнее в сто раз, чем нам там…
Теперь к практическим вопросам (я боюсь, они сейчас многих интересуют). Нас не били (совсем ни разу ни в какой форме), кормили, давали спать. Бывало, на нас кричали. Отношения к нам в РУВД я не очень поняла, но и были мы там всего первых 5 часов. В ИВСах отношение понятное – как к нарушителям закона: выполнять все команды, если в камеру заходят – вставать, в ответ на фамилию называть имя-отчество. Ничего страшного, но и приятного мало. В остальном мы сидели и по большей части читали книги или разговаривали и делать это никто не мешал. Все сокамерницы были очень образованными, современными людьми, которые работают в очень разных сферах, но все – о будущем, знают, что такое работать (и зарабатывать!) и видят, как можно лучше. Резюмируя, это хорошие люди, а не преступники сейчас сидят там, в Жодино.
Третий момент – по поводу геройства и считаю ли я, что делала и делаю все правильно. Я знала, что иду на несанкционированное мероприятие. Вы знаете, это я отправляю большинство согласовательных писем на проведение соревнований в Минске и я знаю, что любые мероприятия регистрируются. Но я также объективно вижу, что сейчас ситуация отличается от обычной и пытаться зарегистрировать политический митинг – это автоматически становиться его организатором. И получать все риски по статье 369-3 Уголовного кодекса. Сидя на сутках я даже решила, что хочу попробовать ради интереса зарегистрировать какое-то мероприятие и провести его – пригласить туда тысяч 10 человек и организовать свободный микрофон. По состоянию на сейчас меня отговорили – учитывая все те же риски. Вот и выходит патовая ситуация. Идти на несанкционированное мероприятие – иметь риск попасть на штраф или сутки. Пытаться организовать такое мероприятие – иметь риск лишиться свободы на 3 года (а шансы выше, потому что таких людей конечно меньше). Поэтому я признаю (и признавала в РУВД и на суде), что я действительно нарушила закон и участвовала в несанкционированном массовом мероприятии. Героем себя не чувствую. Чувствую себя человеком с чистой совестью. Чувствую потребность изменить этот закон. Чувствую досаду на Мингорисполком и прочие компетентные органы – “запрещаешь – предлагай”, а у нас этого не хотят делать от слова совсем и не предлагают альтернативы людям, которые хотят выразить свою позицию. Предлагают закрыться в квартирах и забыть. А я забыть не могу, я была наблюдателем на выборах и видела ОЧЕНЬ МНОГО СТРАННОСТЕЙ, если не сказать вранья (писала про это в блог).
Знаю, такую аргументацию не все примут. Не претендую на то, чтобы быть самой умной с единственно верным мнением. Просто сейчас это мой выбор.

Этот текст – мой итог, общее впечатление. Если же идти по частным впечатлениям, то стоит написать еще какое-то количество абзацев, что и сделаю ниже. Буду писать везде “я”, а не “мы”, потому что это мои личные впечатления и мысли, ручаться, что Саша и Юля вначале или мои сокамерницы позже думали о том же или испытывали те же эмоции, я не могу.

Чего я вообще туда пошла, на этот марш?

Чисто технически, конечно, я пришла на площадь Свободы в тот день и час не случайно. Я пришла на женский марш. Почему я там появилась: моя первопричина всех выходов на демонстрации это ложь. Море лжи, которое окружило предвыборную кампанию в Беларуси в 2020 году.
Скажу сразу, я мирилась или же просто находила логику в очень многих вещах ранее. Я искренне считала, что Беларусь сейчас развивается усилиями всех беларусов, и моими в том числе. Да, мы не такая крутая страна (пока что!). Но мы справимся. У нас мало денег в стране? Хм, ну тогда нужно работать бесплатно (не смейтесь, это правда была моя позиция)! Просто я возьму себе еще вторую работу, например, преподавателем или тренером, вдобавок к основной специальности программиста, ведь программистом я получаю достаточно. А еще буду развивать ориентирование просто потому, что люблю его. А еще часть своей зарплаты “с настоящей работы” буду отправлять на благотворительные проекты. Так я жила и думала, ну, когда же станет легче и я смогу работать меньше?
А сейчас, в этом прекрасном 2020 году, я увидела, что проблема не в том, что нужно поднапрячься и поработать побольше. Не верно то, что в стране нету денег. Проблема в том, что эти деньги расходуются на вещи, которые лично мне как гражданину не нужны вообще. Например, на военные парады в честь дня Победы (я уважаю день Победы, пишу это слово с большой буквы, отмечаю и вспоминаю, каждый год, сейчас я пишу только про парад как действо демонстрации неизвестно чего). А потом оказалось – еще веселее – что эти парады не нужны не только мне, но и достаточно большому проценту населения Беларуси. А еще позже оказалось, что этот процент примерно 97 🙂 шутка, но вы поняли. Надеюсь, я донесла суть – в 2020 году я поняла, что государство Республика Беларусь работает по очень старым и оттого неэффективным и даже немножко стыдным схемам. Я могла бы расстроиться, но не расстроилась. Ведь к тому моменту на сцену вышло другое чувство – вам не обязательно стесняться своего государства молча. Вы можете просто включиться в его работу по-новому, по понятным и простым правилам, а не по привычным странным! Ого! Эта мысль была высказана штабом Виктора Бабарико и была для меня новой. Мы просто начинаем соблюдать законы, но не формально (заполнив все нужные бумажки), а по сути – сказав “я буду считать голоса на выборах”. Как вы уже знаете, считать голоса мне не дали (в смысле, меня не выбрали в члены участковой избирательной комиссии). Тогда я решила стать наблюдателем. Эту часть вы тоже уже знаете, я писала. Поэтому вы не можете не знать итог: Я УВЕРЕНА, ЧТО ВЫБОРЫ БЫЛИ НЕ ЧЕСТНЫМИ И ИМЕЛИ МЕСТО МНОЖЕСТВЕННЫЕ ФАЛЬСИФИКАЦИИ, КОТОРЫЕ В ИТОГЕ НАСТОЛЬКО ИСКАЗИЛИ РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ, ЧТО Я, КАК СТАТИСТИК, ПОНИМАЮ, ЧТО ТИХАНОВСКАЯ ДОЛЖНА БЫЛА ПОБЕДИТЬ В ПЕРВОМ ТУРЕ, НО ИМЕЮ ПРАВО ТОЛЬКО СКАЗАТЬ “НЕВОЗМОЖНО УСТАНОВИТЬ РЕЗУЛЬТАТЫ ВЫБОРОВ”. А значит, надо проводить новые.
Вернемся ко лжи. Я знаю, что нужны новые выборы. Но мне говорят – “Лукашенко – президент”. Но я говорю – “нет, он не президент” (я знаю, что по закону в Беларуси надо писать президент с большой буквы, кстати. если кому принципиально – пишите мне коммент, я исправлю, но подпишу, кто попросил исправить эту ошибку орфографическую), нужны новые выборы. А мне говорят – “на тебе пока светошумовую гранату, потом поговорим”. Так мы стали выходить днем в воскресенье. И это было очень красиво, кто был – знает. Такие люди, такие улыбки, такой юмор и столько правды.
Женские марши виделись еще лучшей альтернативой. Они еще красивее. Они точно не должны вызывать опасения у силовых структур. Ну и еще раз – они очень красивые. И там ты себя чувствуешь красивее. Я не была ни на одном субботнем марше, но 12 сентября решила сходить.
Я шла повидать красивых людей и пройти с ними по красивому и солнечному Минску. Уже тогда было ясно, что даже такая безобидная затея небезопасна и тебе угрожает задержание, поэтому конечно мы обсуждали, что делать в этом случае.
У меня уже был СОС сигнал на мамин телефон. А также была четкая договоренность с Сашей – мы сначала идем смотреть и только если будет безопасно, присоединимся к маршу.
Видимо, мы пришли слишком рано. Либо силовикам был отдан какой-то новый приказ. Но началось (а потом сразу и закончилось 🙂 ) все с того, что мы просто пришли на площадь Свободы и стали смотреть. Прошлись вокруг ратуши в рядок. А потом приехал бусик и затолкали туда девушку. А потом Нину Багинскую. И это было настолько некрасиво, предсказуемо, горько, по-дурацки, (тут еще тысяча удручающих эпитетов) – что мы собрались в кучку и стали визжать. И тут нас сразу окружили кольцом силовиков и стали потихоньку паковать. Должна сказать, что был шанс не запаковаться, а сбежать через Гамбринус. Но я была тогда в таком состоянии – с одной стороны мне хотелось сохранить достоинство – и мы вправду очень достойно проследовали в автозак. С другой стороны я думала – ну, запакуют меня, для других места не хватит. Тут пометка на будущее – все, что делают сейчас власти – недостойно априори, так что я не должна себя винить в том, что пытаюсь сбежать от задержания. И в будущем сбегать, ну их в пень, пусть сами ездят в своих автозаках.
Вот и вся моя мотивация. К слову, она до сих пор неизменна. Вранья меньше не стало.

Что было после задержания: поездки в автозаках, РУВД, протокол, переправка на Окрестина и, наконец, первая ночевка в камере

Вообще, в моем априорном страхе задержания в голове самым страшным был момент, когда ты оказываешься в автозаке. Я была уверена, что там очень темно, люди лежат штабелями, а их бьют и орут на них постоянно. Ничего такого не было. Наш первый автозак (позже мы узнали, что это не автозак, а транспорт для перевозки омона или военных) выглядел очень даже норм – просто пустой кузов, вдоль бортов скамеечки, по центру – поручень, чтобы держаться. Мы зашли почти последние, там уже было много девушек. И выглядело все довольно позитивно – мы с другими задержанными девочками поулыбались друг другу, омоновцы не кричали и не били, только периодически что-то говорили, но без злобы. Но главным было, конечно, то, что у нас не забрали телефоны. Я написала маме, отправила ей СОС, написала еще в пару чатов, предупредила еще нескольких знакомых. Ни у кого нет желания, чтобы их переписку смотрели, так что из каких-то диалогов я поудалялась сама, из каких-то меня потом удалили. Еще я снесла с телефона все приложения, связанные с работой – мои заказчики были бы явно удивлены, если бы омон вздумал им писать. И с ориентированием – нечего им БФОшные дела вести, для этого есть другие люди. И на всякий случай поудаляла всякие интернет-банкинги. Поэтому я знала, что даже если потребуют показывать телефон, я буду показывать, там уже ничего было нельзя взломать или испортить.
С площади Свободы нас доставили ко Дворцу Спорта и там уже перегрузили в настоящий автозак – там внутри все поделено на “камеры” – их называют стаканы. Некоторые камеры прям с глухой дверью, некоторые с решеткой. Забавно то, что автозак был переполнен, для нас места не хватило и нас везли прямо стоя в проходе. Забавно это потому, что потом при перевозке из Окрестина в Жодино наши сопровождающие милиционеры очень боялись приоткрыть эти дверцы – типа, нападете на нас.
Повезли нас во Фрунзенское РУВД. Интересно то, что я это выяснила и без карты – когда мы ехали по Заславской и проезжали по многочисленным лежачим полицейским было ясно, где едем, а там я и вычислила, куда везут. В автозаке было не очень комфортно: душно как минимум. У меня в косметичке лежала валерьянка, я ее дала паре женщин. Сама поразмыслила, но решила, что пить ее еще не время – чувствую себя неплохо.
Кстати, прямо начиная с автозака и до самого момента моего освобождения моей главной заботой стало мое собственное самочувствие и здоровье. И это был правильный план, советую всем. Болеть в тюрьме – худшая штука. Следите в первую очередь за собой. Вам должно быть комфортно. Поэтому я прямо головой контролировала и не позволяла себе излишне волноваться, выводила себя на хорошие мысли (“нас не бьют”, “едем себе спокойненько, омоновцам пофиг на нас” и главная “девчонок со среды отпустили со штрафом, нам тоже максимум это грозит”). Я в итоге за всю отсидку не заболела и только иногда накатывало что-то очень отдаленно напоминающее паническую атаку – сразу после отбоя, уже в Жодино в последние дни. Я справилась!
По приезду в РУВД телефоны заставили выключить (мой последний сигнал СОС маме пришел именно из РУВД) и конфисковали уже окончательно. Нас отправили в актовый зал сидеть. И вот тут уже началось что-то похожее на психологический прессинг – РУВДшники и покрикивали, и нотации периодически читали, и считали, что мы тут должны знать как все делается и любую оплошность воспринимали как “че ты тупишь”. На каждого составили протоколы, очень тщательно (не поняла, зачем так тщательно) описали все личные вещи. Сказали вытащить ремни и шнурки. Все это происходило очень долго, наверное, часов 5. Нас было около 25 человек, все девушки, Саша один мужчина. После того, как процедуру провели над каждым, стали по одному вызывать подписывать протокол и типа определять нашу дальнейшую судьбу. Типа – потому что я так поняла в этот момент ее действительно должны определять – надо ли нас изолировать от общества, или отпустить до суда, или вообще отпустить с предупреждением. Но на самом деле просто отпустили мам с несовершеннолетними или малыми детьми, а остальным определили в ЦИП.
Я решила, что не буду ничего придумывать вообще, рассказывать максимально откровенно, но и им врать не позволю. Нас с Сашей вызвали подписывать протоколы первыми. Уточнили, есть ли у нас дети. Ответ, что детей нету, вызвал реакцию вроде “сидите дома рожайте детей, а не на митинги ходите”. В протоколе было написано мало чего и в общем я со всем была согласна – на митинге присутствовала, участие принимала. Не согласилась с тем, что выкрикивала лозунг “Жыве Беларусь!”. Попросила это исправить – ведь я бы может и покричала, но мне не дали такой возможности! Потом мне подсунули какое-то ходатайство, что с протоколом я согласна. Я его подписала. Видимо, зря. Оно ничему не помогло. Делают, что хотят. Зарубить себе на носу – нечего подписывать все, что подсовывают, нужно внимательно разбираться по каждому документу и все-все читать. Но так как ничего ни на что не повлияло, я не особо и расстраиваюсь.
После подписывания протокола нам не объявили явно, что мы поедем на Окрестина. Отвели в камеру в самом РУВД и закрыли. Особо не понимала, чего ждем. А ждали долго, я думаю, часа 2. Очень хотелось в туалет – а отвели только после дооолгих просьб. Вообще, в этой камере в РУВД было ужасно. Наверное, худшее место из всех, где я побывала за время этого приключения. Там был выступ в стене, на котором можно было посидеть. И две пустые бутылки. Хотелось пить и в туалет. И в итоге эти бутылки даже навели на мысль, что вдруг это тут туалет такой. К счастью, скоро нас отвели в настоящий туалет 🙂 уже в этой камере мы начали знакомиться с девочками – и, вроде бы, этим же составом потом и сидели в камере 3 дня.
После того, как протоколы поподписывали все, нас снова загрузили в автозак – тут уже места в камерах хватило всем и РУВДшнику никакие арестанты не угрожали. И поехали на Окрестина.

На Окрестина: 2 дня, суд, день после суда

Заселение, психи от девочек, задержанных около “Зерна”, Сашу забрали к мужчинам
Голый шмон
Заселение в камеру
Позитивная отремонтированная камера, ужасные одеяла, есть дверь в туалете
Неудачная одежда и холодная ночь
Невкусная еда
Сокамерницы: Алеся, Света, Анна-Мария, Маша
Прогулка утром
Неожиданная передачка – совсем как новогодний подарок!
Ночной завоз людей в воскресенье после марша – узнали, что женский марш в субботу все же прошел и был большим. Узнали, что в воскресенье был марш “на Дрозды”
Наши тренировки – 15 упражнений и повторять 3 раза в день
Мои пробежки по 1000 шагов
Ключворды и обмен контактами
Книга “Куды гляздіць Бог, калі адбываецца зло”
Суды
11 суток Светы
штрафы для студенток
11 суток Алеси
мой суд – по скайпу, в коридоре. Спросила и узнала, что Саше дали 13 суток. Мне сказали “ну тебе точно штраф, смысл вас обоих сажать”. Я не отрицала вину. Судья странный, дергался что-то. Секретарь в какой-то момент дала мне посмотреть на маму и Наташу и даже поговорить с ними. Приговор в 12 суток, который меня не расстроил. Я даже хотела 13, чтобы вместе с Сашей.
14 суток Юли
Приготовили провести все время на Окрестина. Обустроились.
Вторник утро – уговорили на прогулку. Все еще не были в душе. Чувствуем себя грязненькими.
Узнаем, что едем в Жодино
Еще передачки прямо на выезде. Мне передали книгу про нейронные сети
Встреча с Сашей в коридоре, обмен впечатлениями. Саша дал Юле книгу “100 великих тайн Третьего Рейха”
поездка в автозаке в Жодино: цепочка солидарности на Зубре
прием в Жодино – длинные поземные коридоры. неприятные запахи. осмотр “доктора”. голый шмон. заселение в камеру. Вот и сформировалась группа из 10 человек, с кем сидели дооолго!

В Жодино: дней много, событий не так много

Быт в камере
Еда, количество порций, чай в перчатках
Даша и ее способы уборки
Еще передачки прямо в первый день в Жодино. Обожаю родных, их заботу и юмор!
Душ в четверг
Еда хорошая
Читаем, разгадываем кроссворды
Психологическая взаимопомощь
Выходы Любы и Любы
Второй душ
Заезд Саши и Жени
Еще душ! Прогулка!
Выходят три девушки
Моя последняя ночь в тюрьме
Подселяют троих, их рассказы тяжелее наших
Меня выпускают на 3 часа раньше

Меня выпустили! Что удивило?

Запах от елок
Порыдала, когда увидела коллег
Телефон вообще странно выглядит
Встреча с мамой, ребятами
Домой – продолжение солидарности
Ужин с мамой
Завтрак в Тиден
Поехать за Сашей
Кушаем салат ежедневно
Встреча Юли
Поездка на Вячу
Приключение можно считать законченным! Перевоспитать меня не удалось 😦

Мне приснился первый ночной кошмар, связанный с этой «революцией»

Я проснулась от него сегодня в 3 ночи. Сон запомнился в мельчайших деталях. И он оказался таким важным, что я опишу его здесь. В нем – вся моя боль, все способы ее выразить (мирный протест), вся реакция властей (несоизмеримость проступка и наказания, классификация преступления без учета его сути и побуждений). И все выводы (два) лежат на поверхности. Очень важный сон, в общем. Описываю:

Вечер, уже темно. Я зашла в 87 автобус ехать домой. Зашла в Зеленом Луге, ехать аж до метро Автозаводская, то есть кууучу остановок.

В автобусе едет не много людей, я села в один ряд но через проход от молодой женщины, которая говорит по телефону. Очень милая, говорит достаточно громко. Адресовалось, конечно, в трубку, но я услышала:

⁃ …необходимо довести на завтрашнее мероприятие с главой района еще минимум одного работника от нашей школы.

Я сижу напротив и это, конечно, не мое дело, но я громко хмыкаю и 3 раза показательно хлопаю громкими хлопкам. Руки у меня при этом прямые и высунулись в проход.

Весь автобус тоже понимающе хмыкает.

Молодая женщина подскакивает от возмущения, бросает трубку и начинает кричать на меня:

⁃ Я вызываю милицию! Вы выходите со мной на следующей остановке и мы идем в милицию!

То есть я понимаю, что она все понимает, она видела и слышала мои хлопки и точно интерпретировала, что хлопки относились к ней, молодой учительнице, и к тому факту, что она сейчас разговаривала с коллегой и поручала «довести на мероприятие с главой района» кого-то еще из своих коллег.

Я отвечаю, спокойно:

⁃ Никуда я не пойду. Не вижу оснований.

⁃ Я вижу основания! Вы оскорбили меня!

⁃ Прошу прощения, я вас не оскорбляла.

⁃ Оскорбили! Вызываю милицию и выходим на следующей остановке!!!

⁃ Никуда я не пойду, я еду домой в автобусе.

Тогда она берет еще раз свой телефон и показательно фотографирует меня. Говорит:

⁃ Я зайду в милицию сама, и они вас найдут.

Автобус подьезжает к остановке, девушка выходит. Само собой, я могла бы начать возмущаться в ответ на факт фотографирования меня без моего разрешения, но не делаю этого. Не чувствую себя ни виноватой, ни обиженной. Просто нейтральное состояние. Или наоборот, чувствую себя одновременно и виноватой, и обиженной и не пойму, какое из состояний перевешивает.

Ко мне обращается женщина, сидящая позади:

⁃ Вот так история! Как думаете, будет искать вас?

⁃ Не знаю…

И вот я уже начинаю думать – а что буду говорить милиции, если она будет искать и найдет?

Сидящие спереди два мужчины понимающе говорят:

⁃ Не переживайте! Вы на паспорт или в соцсетях давно фотографию обновляли?

⁃ Вообще – давно. Паспорт у меня уже 11 лет. А в соцсетях аватарки скорее творческие, нейросеть если запустить – никак не соотнесет.

А сама в голове начинаю думать – вот в Линкедине как раз недавно меняла фотографию профиля, поставила строгую такую, фотографировалась для продления американской визы. Телретически – найти смогут. Даже предсталвяю, как зпускают поиск по всему датасету моих Googl Photos (я знаю, что они приватные, но мозг во сне допустил, что у белорусских спецслужб есть к ним доступ), и им выскакивают мои фотографии со встреч с друзьями или с соревнований с пометкой «99% достоверности, что это один и тот де человек».

Вернемся в автобус. Я прокручиваю эти мысли и становится РЕАЛЬНО НЕУЮТНО. Меня могут найти. Меня могут привлечь к ответственности (видимо, по статье «Оскорбление») за то, что я позволила себе в общественном месте, а главное – в присутствии инициатора моих эмоций выразить свое отношению к «доведению человека до встречи с главой района». А в процессе они точно прочитают мою биографию и нынешний печальный опыт с отсидкой. В общем, во сне я мысленно дала себе 3 года. И проснулась. Обычно так просыпаются после кошмара.

Спешу записать этот сон, потому что лично для мння в нем сейчас все причины, реакции и следствия происходящего в Беларуси.

…Просто люди позволили себе впервые громко сказать, что на хорошее мероприятие не нужно никого «доводить», все захотят прийти и придут сами.

…Просто сейчас тебя могут осудить на реальный срок за какие-то не слишком серьезные, но идеологически неверные проступки.

…Просто сейчас ты слышишь учительница (милиционер, депутат), а понимаешь «человек внутри системы». И ты хочешь выстроить тут логичные связи, не приписывать никому незаслуженных ярлыков, но даже во сне АПЛОДИРУЕШЬ именно ОТ БОЛИ И БЕЗЫСХОДНОСТИ, ведь, к моей величайшей печали для меня сейчас часто (не всегда!!!) учитель – значит, сам «доводится» до мероприятий, которые ему не интересны или даже противны и «доводит» коллег, милиционер – значит, бил людей в автозаке или РУВД, а депутат – значит, говорил своим избирателям, что «нет правовых оснований для рассмотрения вашей жалобы»… И, конечно, в жизни я не позволяю умом каждый раз так предвзято классифицировать представителей этих уважаемых профессий, но где-то в подсознании они уже классифицируются так и провоцируют такие сны.

Я отдаю себе отчет, что показно сакркастически аплодировать в общественном месте – это плохой, очень плохой стиль поведения и способ высказать свое отношению к факту, который прямо сейчас тебя не касается. Но:

1. Заслуживает ли это «невоспитанное поведение» такой реакции учительницы, реального сообщения о нарушении в милицию, поиска «преступника» и осуждения за это на реальные сроки??? А подобное происходит сейчас и вживую;

2. В какой-то момент этот телефонный разговор уже является еще одним выражением системы в обычный будний день в обычном рейсовом автобусе. Одним из выражений, и совсем небольших. Но мы не готовы терпеть уже даже его…

Мне было очень важно этой ночью продумать для себя еще раз эти мысли и этот вполне вероятный в реальной беларуса-2020 жизни случай. Я думаю, что сейчас я не готова извиняться за подобное поведение, если со мной это произойдет в реальности. Но я готова и буду пытаться донести до каждого учителя, что пора перестать «доводиться» до мероприятий в современном мире. Пора начинать выбирать самому, в каких мероприятиях участвовать! 🏃💃🏼🧘

Сегодня я останусь дома

Всегда когда выжидаю долго, пока придет вдохновение чем-то делиться, желание делиться проходит.

Фиксирую прямо сегодняшний факт – я должна была идти в город на марш, но сливаюсь. Мне страшно. И я сейчас говорю это честно. Мне страшно, что я снова попаду в тюрьму и в новую “проходку” мне повезет меньше. чем в прошлую, и меня будут бить и издеваться.

Я даже сказала, что пойду, но теперь сливаюсь. Я не поехала на соревнования в Березино потому, что собиралась идти. Я очень поддерживаю идею воскресных маршей и вижу, что там ходят действительно мирные и красивые люди. Но ответная реакция – власти, милиции – абсолютно неадекватная, слишком жестокая и да, она внушает мне страх. Видимо, вся система разработана так, чтобы внушить мне страх и не допустить меня в центр города сегодня. Что ж, сегодня, как и в прошлое воскресенье, эта система победила меня. Победила физически, а морально скорее заставила признать, что я боюсь. А когда уже признала, мне будет легче сесть и написать план действий по избавлению от этого страха, а лучше – по взаимодействию с ним.

Не оправдываю свой страх. Начинаю с ним общаться.